Чичев Юрий Иванович

«Кто  там? – Ам-Ам!»

Вика Чишкова жила с бабушкой Галей на 65 участке, у самой речки Вочи, в неё впадала Поляничка. Девочка была внучкой писателя Георгия Чишкова, который сейчас находился в творческой командировке. Папа Викин занимался коммерцией и компьютерным делом, мама работала в какой-то фирме менеджером по продажам.

А Вика проводила очередные каникулы на даче и ни в какие Анталии или Хургады ехать не хотела, потому что здесь был велосипед и множество друзей-однолеток, с которыми жилось очень весело. Правда, для шоссейных гонок она еще не годилась, и никто бы её за пределы «Родников» не выпустил, перешедшую в пятый класс девчонку, и они гоняли по улицам «Родников», трезвоня звонками на рулях, играли на речке в театр и эстраду, пели под магнитофон и под караоке, ловили рыбу, а в выходные – в лес по ягоды-грибы с родителями, на машине на рынок в Воронцово, поездки по местным деревням и сёлам и так далее.
А ещё у них была труба, на которой они сидели до темна и стрекотали, как сороки на берёзах, пока их не прогоняла хозяйка участка, возле которого эта труба покоилась. Около этой трубы они играли в мяч, «тусовались», как говорит теперь молодёжь, в общем, замечательно проводили время.
И у ребятишек был обычай: и утром, и вечером, когда расходились по домам, заглянуть в трубу и крикнуть: «Эй, кто там?» И услышать в ответ трубное эхо: «Ам, Ам…». Там живёт Ам, смеялись они, знакомя с трубой гостей или новичка.
Вот и Вика сегодня встала, позавтракала с бабушкой Галей, вытащила из хозблока велосипед и покатила его за калитку. Она подъехала к трубе, соскочила с велосипеда и исполнила обряд.
От   жаркого солнца разгорающегося летнего дня труба нагрелась и отдала часть тепла спящему Женьке. Он намёрзся ночью, а сейчас согрелся и растянулся на собачьем лежаке, подрёмывая и ни о чём не думая. И вдруг громовой голос: «Кто там? Кто там?»
Женька вскочил от испуга и трахнулся головой о трубу. Она глухо загудела. Он решил  было ответить, как в любимом мультике про Простоквашино: «Я почтальон Печкин…», но шутить не хотелось, он встал на четвереньки и гавкнул, как собачёнка, два раза.
В ответ прозвенел девчоночий голос: «Эй, собака, как тебя зовут?»
И тогда Женька ответил:
- Я Бомженька, Бомженькой меня зовут, и я не собака, я человек. – И полез  из трубы на свет Божий, не зная, что его там ждёт.
А ждала его там Вика. И когда он появился перед ней – чумазый, в разодранной рубахе, с рюкзачком за плечами, она не испугалась, а только охнула и чуть было не заплакала.
- Ты кто такой? – больше она не придумала, что спросить у пришельца.
- Я же тебе ответил: я бомж Женька, больше я тебе ничего не скажу.
- А ты откуда?
- Из трубы, - усмехнулся пришелец.
- Нет, ты откуда у нас взялся, откуда сюда пришёл?
Пришлось опять соврать. И он опять неожиданно для самого ответил:
- Из Моршанска, - так просто сказал, будто он в этом Моршанске сто лет прожил. Но почему Моршанск, что это за фантазия? А нет никакой фантазии, всё объясняется просто: у них в Москве была соседка по площадке, как зайдёт к Тане, да как начнёт тараторить про свой Моршанск, расписывать его красоты и достоинства, что хоть бросай всё и поезжай туда жить. Вот он и брякнул про Моршанск, хотя сам не знал, что это за город.
- Ой, сказала Вика, - мой дедушка нам про Моршанск часто рассказывает, он туда всё хочет поехать выступать там со своими стихами и песнями. А ты почему убежал оттуда?
- Откуда, - сразу не понял Женька.
- Из Моршанска.
- Не скажу.
- Почему?
- Потому что. И отстань.
- Ладно, не хочешь – как хочешь. Живи в трубе.
- И не подумаю, я сегодня уйду.
- Куда же ты пойдешь?
- Куда надо, туда и пойду, не приставай.
- И куда же ты пойдёшь такой грязный, неумытый поросёнок?- засмеялась Вика.
- Я уже тебе ответил, больше ничего не скажу. Не приставай.
- Хорошо. Но хоть умыться на дорожку я могу тебе предложить? Пойдем к нам, я бабушке скажу, она душ согреет, помоешься.
- Я не такой уж и грязный. Три дня назад мылся в душе, – снова соврал Женька, но всё-таки сделал первый шаг за Викой, потом второй и пошёл потихоньку рядом с ней, а она вела велосипед.
- Бабушка Галя, - поясняла Вика на ходу, - она у меня добрая, она сейчас возиться со своей петунией, это цветы такие, она их высадила в плошки и расставила вдоль дорожки. – Ой, как складно получилось! Это я у деда научилась, ой, опять складно. Я когда вырасту, буду как дед писателем, книжки для детей сочинять, стихи и песни. – Вика говорила без пауз, и они незаметно дошли до её участка и вошли в калитку.

 

 

 
Электронная почта: chichev_ui@mail.ru Разработка сайта «Бригантина»

© Юрий Чичев 2009